Охоты много. Побольше бы настоящих Охотников

foto
– Николай Евгеньевич, Вы – личность в охотничьих кругах довольно широко известная и авторитетная. Но Ваши знания и опыт (учитывая то, что охота – занятие все-таки мужское и взрослое) появились же не в одночасье. С чего всё начиналось для Вас, и что послужило толчком для выбора такого серьезного хобби?
– У меня был друг, к сожалению, уже ныне покойный – Виталий Петрович Чернов. Это был охотник от Бога. И именно охотник, потому что сейчас многие увлекаются этой страстью, к сожалению, только ради наживы, ради добычи. А это был знаток природы, знаток мира животного, всех его перипетий, и охота для него была прежде всего органичным общением с природой, своеобразным отдыхом, а не чем-то потребительским. Например, он очень любил полевые охоты на перепела с собаками, а у Виталия одним из первых в городе появилась классная охотничья собака пойнтер. Сейчас, к сожалению, эти охоты отмирают. А это именно “походить по полю”, спортивная охота, потому что сколько там того перепела, птичка-то небольшая. И он меня увлек этим занятием, именно тогда я впервые приобрел ружье, и так мы вместе с ним и охотились. До сегодняшнего дня я помню его охотничью “науку”. Я тогда еще не понимал, например, что если взлетает перепел , то это может быть еще “порхун”, т.е. молодой, и его стрелять нельзя. Или когда перепелка своим “подраненным” полетом уводит охотника от выводка и “тяжело” падает в траву, я, было, вскину ружье, а Чернов мне кричит: “Не стріляй! Це матка!” Виталий знал и понимал это. Никогда не было так, чтобы он просто выстрелил. Если на утиной охоте, то только наверняка, без подранков. А ведь сейчас зачастую как бывает: появилась утка, она идет на уровне реактивного самолета, а по ней идет пальба, плотность стрельбы как в настоящем бою.

– К несчастью, у нас достаточно примеров, когда в дни охоты человек несет смертельную угрозу не только фауне, но самому себе. Ведь тонкостей в любом, даже внешне простом деле предостаточно. Охота не исключение.
– Но это не охотники, я имею в виду, что сегодня процентов 70 людей с ружьем – это молодежь, без достаточного опыта и знаний. Но охота это ведь и наслаждение природой. Например, идем мы утром по полю с собаками. Настает рассвет. Мы останавливаемся и уже никуда не идем. Ведь прелесть неимоверная. Смотрим на рождение дня. У меня товарищи Шаров Витя и Коля Верещагин в такие минуты стоят как вкопанные и наблюдают эту красоту.
– Сегодня по-разному относятся к охоте. Ведь это не просто выезд на природу при оружии. Что такое охота для Вас: бегство от цивилизованного мира, от этой городской жизни или, наоборот, с друзьями против природы?
– Нет, это и не бегство от себя, и не бегство из дому... Это потребность. Потребность побыть на природе и эмоционально разгрузиться. Когда окунаешься в процесс охоты или рыбалки, нервы настолько отдыхают, что, приезжая домой, ты спокоен, как слон, все мимо тебя. Порой понимая мое внутреннее эмоциональное состояние, на охоту мне предлагает выехать ... супруга.
– Но Вам что больше по душе – единоличное хождение или в охотничьей компании, ощущая плечо друга?
– Конечно в компании, особенно, если это с ночевкой, особенно, если это у костра, есть, что вспомнить, есть, о чем поговорить, байки разные, смех, в общем, это прекрасный душевный отдых. А сам? Ну что сам. Будешь, как бирюк... Хотя есть своеобразные охоты, где больше двух с собакой и не выйдешь. Просто собака не будет работать.
foto
– Чем характерен зимний период в охоте?
– 25 ноября традиционно открылся сезон охоты на парнокопытных и на пушного зверя – зайца, енотовидную собаку, лисицу. Это тоже очень занятные охоты, так называемые “ходовые”. Но и нелегкие, учитывая “примхи” погоды поздней осенью. За день можно “намотать” свыше 15 километров, на сапогах проносить с собой по пуду чернозема, “провентилироваться” очень хорошо, еще раз проверить крепость мышц и суставов.
– И мозгов? Потому что охотимся-то не силком и не сачком. В связи с этим, Ваше отношение к оружию за многие годы обращения с ним?
– Находясь в охотничьих угодьях, находясь в коллективе, заряжая ружье, нужно всегда помнить, что вокруг тебя люди. Конечно, есть жесткие правила охоты, соблюдение которых неукоснительно, но без осознания этого самим охотником толку будет мало. За мою бытность охотником у меня было три ружья (первое – курковое ТОЗ-БМ, потом немецкое Simson, сейчас – бескурковое ИЖ-54 12 калибра). И я не скажу, что какое-то их них хуже, а какое-то лучше. Важно, чтобы ты “приложился” к нему, чтоб оно было по тебе. Есть прикладистое ружье: его приклад можно укоротить, удлинить. А в основном все зависит от охотника: если ты хороший стрелок, если ты не слишком азартен, имеешь выдержку, как говорится, не “заполошный”, то все к тебе на охоте придет. Так же подбираются и охотничьи коллективы, потому что один человек своим “непрофессиональным” поведением может испортить всю охоту, да и отдых “у костра”.
– Кто сегодня системно занимается обучением и пропагандой этих знаний, потому что приобрести ружье – это даже не полдела?
– Прежде всего, это общество охотников и рыболовов, при которой есть соответствующая служба, которая курирует все эти вопросы. Также предусмотренная законом работа различных разрешительных служб. Законодательство у нас довольно строгое в этом отношении.
– Николай Евгеньевич, Вы имеете возможность и право сравнивать. Кировоградщина охотничья. Насколько она цивилизованна? Через призму десятилетий: мы стали богаче или беднее?
– Я бы не сказал, что мы стали беднее или богаче. Мы стали расхлябаннее, мы не стали дисциплинированнее. Если раньше мы “по душе” придерживались писаных и неписаных правил, никогда не переступая порог отстрела, отведенный тебе лицензией, то сейчас не всегда так.
Раньше, безусловно, было больше дичи, но этому есть свое объективное объяснение, высокая распаханность земель, например. Но вместе с тем очень много развелось “товарищей”, у которых, как мы говорим, очень длинные руки и длинные ноги. Если сегодня выйти практически на любое поле при условии, что оно не обнесено противотанковым рвом, то мы с большой вероятностью обнаружим на нем многочисленные следы от протекторов джипов. Таковы реалии после ночных охот “из-под фар” – такая новомодная забава лихая, при которой крошится все подряд.
По моему глубокому убеждению охота должна перейти не в стадию вседозволенности, а в современную зарубежную практику. Может быть это и неправильно, но охота – это удел богатых людей, и не столько в плане вздорожания оружия, амуниции и боеприпасов, лицензий. Мы с вами имеем возможность видеть по телевизору и опыт национальных парков, где звери всех названий и мастей чувствуют себя защищенно, а посетители спокойно могут почесать бок кабана или зебры, потому что там чтут закон. Ведь если там покупают лицензию, то она стоит очень дорого, а уж если ты что-то нарушил, то санкции будут такие, что ты вряд ли захочешь еще в жизни взять ствол в руки. Такова плата за то, что ты как последний хам влез в природу и стал ее грабить. У нас же для такой жесткой постановки вопроса не хватает пока ни возможностей природоохранных служб (транспорт, связь и т.п.), ни сознательности наших соотечественников.
– Но, как ни крути, трофеи на охоте все равно остаются главным критерием мастерства. В Вашей практике это... Похвастайтесь, учитывая правила жанра.

foto

– В мою бытность охотником крупные трофеи всегда делились между всеми (шкура или рога не в счет). На моем счету один кабан. По линии государственного отстрела (т.е. для магазинов) у меня один лось. Что касается коз, то у меня после одного случая на них просто рука не поднимается. А трофеи в виде энного разрешенного количества уток или перепелок – это обычная практика. Сейчас трофеев меньше, и не потому, что мне уже за 70, я, слава Богу, хожу еще наравне со всеми, но дичи становится меньше. И не всегда охотники в этом виноваты, ведь охотничье сообщество очень много делает для восстановления животного мира. Например, мы покупаем фазанят, выпускаем их в охотничьи угодья. Большую работу проводят егеря и председатели первичных коллективов. Это и заготовка кормов на зиму: и сена, и веников из кустарников, и разбрасывание кукурузы, в общем то, что называется трудоучастием. То есть охотники много делают для природы, но, к сожалению, не все Охотники.
Часто принимая участие в открытии того или иного вида охоты, я благодарен судьбе, что она подарила мне такое общение с Природой, таких друзей. Поэтому желаю всем Охотникам удач, здоровья и традиционного “ни пуха, ни пера!”, отлично понимая, что все они меня по-доброму пошлют к черту.
– Спасибо за беседу.
Андрей Кривуляк

Номер журнала:

Разделы: